<<
>>

Энцефаломиелиты

Энцефаломиелит (острый, подострый рассеянный, или диссеминирован­ный, энцефаломиелит, острый первичный инфекционный энцефаломиелит, хронический рассеянный энцефаломиелит), являясь одной из разновидностей острого, подострого или хронического генерализованного инфекционного поражения головного и спинного мозга, вызывается различными нейротропными вирусами, бактериями, риккетсиями, спирохетами, грибами, паразита­ми, а также интоксикационными агентами (токсический энцефаломиелит).

Заболевание характеризуется рассеянной неврологической симптоматикой с локализацией воспалительных очагов в полушариях головного мозга, подкор­ковостволовых образованиях, в мозжечке и спинном мозге.

Были описаны клиника, течение и обоснована терапия хронического рассеянного энцефаломиелита вирусной, бактериальной и другой этиологии [Зинченко А. П., 1969 — 1973]. При многих детских инфекционных заболева­ниях и после вакцинации описаны вторичные, инфекционно-аллергические энцефаломиелиты. Среди них более подробно изучена клиника коревых энце­фаломиелитов. В мировой литературе описаны всего 911 случаев коревых осложнений, из которых 877 энцефалитов и энцефаломиелитов. По данным С. А. Цейдлер (1965), во всей мировой литературе описаны более 100 случаев краснушных энцефалитов и энцефаломиелитов. Клиника вторичных энцефа­ломиелитов была описана также при орнитозе, скарлатине, при инфекциях, вызванных вирусами ECHO и Коксаки, при эпидемическом паротите, ветря­ной оспе, при заболеваниях, вызванных БОГ.

Важное место в этиологии энцефаломиелитов занимает грипп. Особенно опасна эта инфекция для детей раннего и младшего возраста. Поражение нервной системы при гриппе чрезвычайно полиморфно, причем частота и фор­мы поражения нервной системы варьируют при отдельных вспышках гриппа [Филатов Н. Ф., 1983]. Осложнения могут быть в виде легких, быстропреходя­щих явлений интоксикации, энцефалической реакции и тяжелых органиче­ских поражений нервной системы — менингоэнцефалитов, энцефаломиели­тов.

Были описаны поствакцинальные энцефалиты и энцефаломиелиты, случаи энцефаломиелита при антирабических прививках, при противокоревой вакцинации и при прививках АКДС.

Со времени первого описания энцефаломиелита этот вариант диссемини­рованного поражения ЦНС инфекционной и инфекционно-аллергической природы встречается в различных странах мира в виде небольших эпидемиче­ских вспышек или спорадически.

Этиология. М. С. Маргулис и соавт. (1959) выделили из крови и СМЖ больных острым энцефаломиелитом четыре тождественных между собой штамма вируса острого энцефаломиелита человека (ОЭМЧ) — СВ, ЕФ, ВО и БУЛ, патогенных для ряда эскпериментальных животных. Для этиологиче­ской диагностики острого энцефаломиелита и рассеянного склероза эти авторы предолжили PH и РСК, а для лечения — мозговую вакцину против этих заболеваний (вакцина Маргулиса — Шубладзе), приготовленную из штамма СВ, полностью инактивированного формалином. Эта вакцина исполь­зуется и для постановки внутрикожной аллергической пробы как дополни­тельного метода диагностики.

Широко использовавшееся в нашей стране лечение больных рассеянным склерозом и энцефаломиелитом вакциной Маргулиса — Шубладзе не дало желаемых результатов ввиду того, что эти заболевания, как доказал А. П. Зин­ченко (1969 — 1973), имеют различную этиологию. Оно показано тем лицам, у которых серологическими реакциями (PH, РСК) и внутрикожными пробами подтверждена роль вируса ОЭМЧ или бешенства.

Т. Н. Крупина (1965) при вирусологическом исследовании 68 больных детей острым энцефаломиелитом выделила несколько типов вируса: у 1 боль­ного из крови и СМЖ выделен вирус ОЭМЧ, у 5 больных из фекалий выделен вирус полиомиелита, у 1 — из крови выделен ВОГ. Иммунологические иссле­дования подтвердили вирусологические данные: у 3 больных обнаружены нейтрализующие антитела к вирусу ОЭМЧ, у 5 — к вирусам полиомиелита, у 9 — к вирусам гриппа, у 2 — к вирусу Коксаки. В последующем ряд отече­ственных авторов еще раз подтвердили полиэтиологичность острого энцефало­миелита и рассеянного склероза, вызываемые преимущественно вирусными агентами [Зинченко А.

П. и др., 1970—1978, и др.].

А. П. Зинченко (1969 — 1973) серологическими реакциями (РСК и PH) с рядом вирусных, бактериальных и других агентов, внутрикожными аллерги­ческими пробами и результатами дифференцированной терапии доказал эти­ологическую общность между такими, казалось бы, полярно противоположны­ми заболеваниями по форме начала и течения, как острый и хронический рас­сеянный энцефаломиелит и рассеянный (множественный) склероз, которые чаще всего (в 25% случаев) обусловливались вирусами ОЭМЧ и вирусами уличного и фиксированного бешенства. О наиболее частом этиологическом значении вируса ОЭМЧ в генезе вышеперечисленных заболеваний свидетель­ствует тот факт, что к 1975 г., по данным А. К. Шубладзе и Е. Н. Бычковой, в различных районах СССР вирусологами Москвы, Харькова, Минска было выделено 13 штаммов этого вируса из биосред (в том числе из мозга) от забо­левших и умерших от острого рассеянного энцефаломиелита и рассеянного склероза взрослых и детей.

Наконец, причинами острых, подострых и хронических энцефаломиели­тов, наряду с нейротропными вирусами, могут быть бактериальные агенты (стрептококк, стафилококк и др.), спирохеты, токсоплазмы [Зинченко А. П., Меркулова Г. П., 1974] и др., но они составляют меньший процент. Таким образом, в результате научных исследований последних десятилетий оконча­тельно утвердилась точка зрения о полиэтиологическом характере энцефало­миелитов, которые чаще всего вызываются вирусными агентами.

Эпидемиология. Возможными возбудителями острого рассеянного энце­фаломиелита являются различные вирусы, выделенные рядом отечественных ученых из крови, СМЖ и кала заболевших. Следует предположить, что источ­ником инфекций является больной человек, способный заражать окружаю­щих, чаще всего алиментарным и капельным путем. Сезонность заболевания многими авторами оспаривается, но все-таки в осенне-зимний период она нарастает. Групповые заболевания в виде вспышек, которые обычно ограни­чиваются сравнительно небольшим числом людей, отмечались в марте — апреле и зимние месяцы.

Спорадические случаи заболевания встречаются и в другие месяцы года.

Следует считать, что острый рассеянный энцефаломиелит — это болезнь с очень низкой контагиозностью. Передача возможна лишь мри тесном обще­нии между больным и здоровым, скученности населения, пользовании общей посудой и др. Острый энцефаломиелит встречается главным образом в детском и молодом возрасте. По отношению к другим нейроинфекциям среди детей и взрослых он составляет 3,7% [Марков Д. А., 1962]. Острый энцефаломиелит человека описан с 1924 по 1936 г. в Европе в виде небольших эпидемических вспышек, которые обычно охватывали несколько десятков человек. Что каса­ется эпидемиологии вторичных энцефаломиелитов, то, в зависимости от возбудителя, каждое заболевание имеет свои особенности распространения. В развитии поствакцинальных энцефаломиелитов существенную роль играет наличие тесной связи между частотой прививок и возникшими их осложнени­ями.

Патогенез. При энцефаломиелитах вначале наблюдается гематогенное распространение вирусов, которые обнаруживаются не только в крови, в лим­фатических узлах, СМЖ, но и во внутренних органах. Ввиду того, что некото­рые штаммы вируса способны выделять миелитические токсины, следует полагать, что в патогенезе многих нейроинфекций лежит процесс демиелинизации, что дает право некоторым авторам отнести их к особой форме токсико-аллергических энцефаломиелитов. Экспериментальные энцефаломиелиты имеют много сходства со вторичными аллергическими энцефаломиелитами. Разница заключается только в давности и интенсивности процесса и сенсиби­лизации организма.

Гипотеза токсико-аллергической природы заболеваний впервые была выдвинута Е. Glanzmann (1927), который считал, что поражение нервной системы при подобных состояниях является результатом реакции антиген — антитело. Несколько позже Н. Pette (1942) предложил термин «нейро­аллергии» в широком понятии этого слова. Он считал, что при некоторых вирусных инфекциях после вакцинации и при введении чужеродной сыво­ротки в головном мозге возникает картина диффузных перивенозных инфиль­тратов, которые и обусловливают клинику так называемых параинфекционных, поствакцинальных энцефаломиелитов.

В пользу аллергической приро­ды этой группы заболеваний говорят сходные морфологические изменения, быстрота развития очаговых неврологических симптомов и относительное постоянство сроков их появления от начала основного инфекционного про­цесса.

Из сказанного следует, что патогенез большинства вторичных энцефа­ломиелитов имеет много общего между собой и мало зависит от того, при какой инфекции они развивались. По-видимому, ведущая роль принадлежит аллер­гической реакции.

В заключение следует сказать, что всю проблему патогенеза демиелинизирующих энцефаломиелитов нельзя свести только к иммуно-аллергической реакции нервной системы на инфекционный (вирусный, бактериальный), токсический агент или продукты промежуточного метаболизма. Острый или хронический диффузный демиелинизирующий процесс в головном и спинном мозге может первично вызываться и вирусными агентами.

Патологическая анатомия. Патоморфология многих острых первичных энцефаломиелитов складывается из изменений воспалительного, пролифера­тивного и гипертрофического характера. На первый план при них выступают сосудистые нарушения, преимущественно венозные. Они локализуются чаще в белом веществе мозга. На фоне отечной мозговой ткани сосуды среднего и мелкого калибра, больше венозные, неравномерно расширены, переполнены кровью, с явлениями лимфоидной инфильтрации.

Одним из вторичных проявлений воспалительного процесса является демиелинизация. Мякотные оболочки осевых цилиндров имеют неравномер­ную структуру, местами истончены и по ходу волокон образуют варикозные утолщения. Сами осевые цилиндры имеют штопорообразную форму, иногда разделены на отдельные фрагменты. В отличие от вторичных при первичных энцефаломиелитах ганглиозные клетки чаще и больше вовлекаются в процесс, но тяжесть их поражения меньше, чем при хронических стадиях энцефаломи­елита.

Морфологические изменения клеток коры, подкорковых структур и ган­глиозных клеток спинного мозга сводятся к фрагментации отростков нейро­нов, гомогенизации нисслевской субстанции, деформации клеточного ядра, фрагментации нейрофибрилл.

Реакция астроцитарной глии выражена силь­нее, чем микроглии. В хронической стадии энцефаломиелитов очаги преиму­щественно локализуются в коре, в бледном шаре и полосатом теле. Ядра ствола головного мозга страдают меньше. Поражения спинного мозга при рассеянных формах являются превалирующими и обязательными. Признаки воспалительного процесса затихают, и преобладают дистрофические измене­ния ганглиозных клеток, которые приобретают необратимый характер, до явлений нейронофагии и образования глиальных рубцов.

В группу рассеянных энцефаломиелитов относят своеобразную форму — нейрооптикомиелит, при которой ведущими признаками заболевания явля­ются одновременные поражения полушарий, спинного мозга и волокон зрительных нервов. Установлено, что между инфекционными миелитами и рассеянными энцефаломиелитами, с одной стороны, и нейрооптикомиелитами, с другой стороны, имеется тесная взаимосвязь. Общими признаками являются демиелинизация и выраженная реакция микроглии с образованием зернистых шаров. После распада миелина происходит фрагментация осевого цилиндра.

На препаратах спинного мозга отмечаются смазанность рисунка по­следнего, наличие очагов демиелинизации в передних, боковых и задних столбах. Ганглиозные клетки передних рогов спинного мозга поражаются меньше, изменения в них имеют обратимый характер — по типу острого набухания, вакуолизации протоплазмы. При этих вариантах рассеянного энцефаломиелита обязательным компонентом воспалительного процесса явля­ются сосудистые изменения в виде стаза, перикапиллярной и перивенозной инфильтрации с наличием геморрагических участков. Сосудисто-воспали­тельная реакция во многих случаях выступает на первый план и в последую­щем определяет всю картину рассеянного энцефаломиелита. Доминирующим морфологическим признаком при этой форме является поражение зрительных нервов. По ходу зрительных пучков видны лимфоидная и полинуклеарная инфильтрация и демиелинизация: от легкой степени (типа раздражения) до тяжелой (полное их рассасывание). Между пучками демиелинизированных волокон располагаются единичные или в виде цепочки глиальные и соедини­тельнотканные клетки.

Вторичные изменения, которые развиваются при острых детских инфек­циях (ветряной оспе, скарлатине, энтеровирусных заболеваниях) и после вакцинации (коревой, коклюшной, АКДС), иначе обозначаются как постэкзантемные, параинфекционные или инфекционно-аллергические энцефаломи­елиты. Гистологическая картина при них идентичная и очень сходная между собой, что дает основание предположить общий патогенез, лежащий в основе их развития. Общим для указанных осложнений являются несомненное участие в патологическом процессе миелиновой оболочки, выраженная проли­феративная реакция микроглии и перивенозная локализация патологических очагов, что дало возможность отнести подобный процесс к группе заболева­ний — «перивенозный энцефаломиелит».

При вторичных энцефаломиелитах в отличие от первичных, несмотря на распространенность процесса, охватывающего все отделы ЦНС, преимуще­ственно страдает белое вещество — периаксональная демиелинизация. На серийных срезах обнаруживаются расширение и извитость сосудов среднего и мелкого калибра, преимущественно венозных, с полнокровием и отеком мозговой ткани. Местами видны периваскулярные инфильтраты, состоящие из лимфоидных и плазматических клеток. Часто встречаются перивенозные локализации очагов демиелинизации с микроглиальной пролиферацией во­круг. Реакция астроцитов и олигодендроглиоцитов менее выражена, чем микроглии. Осевые цилиндры подвергаются фрагментации. Ганглиозные клетки, как правило, мало поражаются, и эти изменения носят обратимый характер. Таким образом, гистологическая картина демиелинизирующего процесса является свидетельством не очагового, а диффузного распростране­ния сосудистых, преимущественно перивенозных, очагов в ЦНС, что является характерным для рассеянных энцефаломиелитов с аллергическими проявле­ниями.

Клиника. Энцефаломиелиты среди детей встречаются чаще, чем у взрос­лых. В эту большую группу относят все известные до сих пор энцефаломиели­ты: нейровирусные, энтеровирусные, герпетические, клещевые, комариные и др. [Шаповал А. Н., 1980, и др.].

Классификация. До настоящего времени общепринятой и единой класси­фикации энцефалитов и энцефаломиелитов пока не существует, хотя были предприняты неоднократные попытки к ее построению. Ряд невропатологов придерживались клинико-анатомического принципа классификации, при ко­тором учитываются характер воспалительного процесса, локализация патоло­гического очага, клиника и динамика развития неврологических симптомов. По мере выявления этиологии многие авторы стали классифицировать эти заболевания по этиологическому принципу (вирусные, бактериальные, токсико-аллергические).

Наиболее современная классификация предложена, по-видимому, М.Б.Цукер (1978), которая делит энцефалиты и энцефаломиелиты на: первич­ные вирусные (с известной и неизвестной этиологией); инфекционно-аллер­гические и аллергические; микробные и риккетсиозные; инфекционно (вирусно) -генетические.

Клиника энцефаломиелитов слагается из общеинфекционных, обще­мозговых и локальных многоочаговых поражений головного и спинного мозга. Энцефаломиелиты по динамике течения разделяются на острые, подострые и хронические. Характерными особенностями рассеянного энцефаломиелита у детей являются острое развитие, бурное течение заболевания, которое отме­чается в 90% случаев [Бадалян Л. О., 1983].

Продромальный период проявляется в виде недомогания, катаральных явлений со стороны верхних дыхательных путей, парестезии в конечностях, желудочно-кишечных расстройств. Ведущим симптомом является повышение температуры до высоких цифр в 50% случаев, субфебрильная — в 12% случа­ев; в 38% температура остается нормальной, поэтому многие авторы склонны считать, что для острого периода энцефаломиелита не существует характерной температурной кривой, как при других острых нейроинфекциях. Острый период характеризуется развитием общемозговых симптомов: головная боль, тошнота, рвота. У детей рвота часто бывает повторной, не зависит от приема пищи, сопровождается мелким дрожанием конечностей, реже — общими су­дорогами. Изменяется общее состояние больных: в одних случаях дети беспокойные, плаксивые, возбужденные; в других — апатичные, сонливые, вялые, безразличные к окружающим.

Следующим важным синдромом является внутричерепная гипертензия, которая проявляется головной болью, рвотой, снижением активного внима­ния, снижением памяти, ухудшением общего состояния. В части случаев (13%) у детей младшего возраста (от 8 мес до 1 года) указанный синдром протекает особенно тяжело: с вегетативными кризами, с общим двигательным беспокойством, потерей сознания, развитием тонико-клонических судорог распространенного и очагового характера. Иногда тонические судороги пере­ходят в состояние стойкой децеребрационной ригидности. Одним из объ­ективных признаков гипертензионного синдрома является повышение давле­ния СМЖ с цитозом и повышенным содержанием белка.

В 36% случаев выявляются менингеальные симптомы разной степени выраженности, причем не всегда у одного и того же больного могут быть выра­жены все менингеальные симптомы; так, при наличии легкой ригидности затылочных мышц может отмечаться резко выраженный симптом Кернига, Брудзинского и наоборот. У новорожденных и детей до года выявляются напряжение и выбухание родничка с отсутствием пульсации, расширение вен головы и лица, скуловой симптом Бехтерева, симптом подвешивания (Лесажа) и др.

На высоте лихорадки в первые дни заболевания развивается поражение головного и спинного мозга, которое характеризуется большим полиморфиз­мом клинических симптомов. Эти признаки у детей в отличие от взрослых отмечаются нестойкостью и рыхлостью, быстрой сменой одного другим. В свя­зи с большой диссеминацией патологических очагов неврологические призна­ки бывают многоочаговыми, однако в одних случаях преобладающими явля­ются церебральные, в других — спинальные.

Из обследованных нами в г. Самарканде больных наиболее частыми клиническими разновидностями были подострый и хронический энцефаломи­елит — 30%, очаговый миелит — 28%, оптикоэнцефаломиелит — 14%, энцефаломиелополирадикулоневрит — 12%, оптикоэнцефалит — 10%, оптикомиелит — 6%. Заболевание встречалось преимущественно от года до 14 лет — 84% и до года — всего лишь 16%. Заболевание чаще наблюдается в осенне-зимний период (54%), чем в весенне-летний (46%).

Клиническая картина при энцефаломиелитах с преимущественной лока­лизацией очага в коре головного мозга характеризуется парциальными судорогами, явлениями психомоторного возбуждения, общим беспокойством, моно- или гемипарезами. Несколько реже страдает функция двигательных подкорковых ядер с хореическим, миоклоническим, паллидарным синдромом. Симптомы поражения спинного мозга в этих случаях были слабо выражены.

У обследованных нами больных наблюдалось нарушение функции че­репных нервов. Чаще встречались расстройства функции зрительного не­рва — от легкой степени снижения зрения до полной слепоты (27%). В остром периоде заболевания со стороны глазного дна выявляются: гипере­мия сосков зрительных нервов, расширение сосудов и картина неврита различной степени выраженности. При осмотре глазного дна спустя месяц после начала заболевания наблюдается стушеванность диска зрительного нерва с признаками его частичной нисходящей атрофии. Из других черепных нервов наблюдается обычно одностороннее поражение лицевых мышц по центральному и периферическому типу (20%), глазодвигательного нерва (12%), отводящего нерва (8%). Отмечается так же сочетание поражений разных черепных нервов у одного и того же больного.

Ведущим и основным неврологическим симптомом при любой форме энцефаломиелита является расстройство движения различной степени и тя­жести. При рассеянных формах заболевания центральные парезы и параличи зависели от поражения пирамидного пути во внутренней капсуле, стволе и спинном мозге. У больных с энцефаломиелитической формой заболевания в 40% случаев наблюдается картина нижнего парапареза и параплегии, с по­вышением мышечного тонуса и высокими сухожильными рефлексами, клону­сами стоп и коленных чашечек, наличием патологических рефлексов. Только в 10% случаев регистрируются параличи и парезы ног периферического ха­рактера со снижением или угасанием сухожильных и кожных рефлексов и разной степени снижением мышечного тонуса. У части детей с наличием парезов ног периферического характера периодически появляются одно- и двусторонние стопные патологические рефлексы. У них наблюдается резкое снижение или отсутствие поверхностных брюшных, подошвенных и крема­стерного рефлексов.

Чувствительные расстройства у детей, особенно в младшем возрасте, такого диагностического значения, как двигательные расстройства, не имеют. Нарушения чувствительности отличаются меньшим постоянством. Болезнен­ность в точках выхода тройничного нерва, паравертебральных точках, по ходу нервных стволов выявляется у 32% больных, симптомы натяжения (Ласега, Вассермана, Нери) были у 36% детей. Расстройства чувствительности по проводниковому типу (гипестезия и анестезия) отмечались в 20% случаев и по полиневритическому типу у 24% больных. У 26% больных четких чувст­вительных расстройств не выявлено. У части детей с поражением спинного мозга отмечались нарушения функции тазовых органов: задержка мочи (20%, из них длительная задержка — 12%), периодическое недержание мочи — 8%, истинное недержание — 12%.

Среди различных клинических вариантов особое место занимают так называемый оптикомиелит и оптикоэнцефаломиелит. Известно, что чаще остальных черепных нервов поражается зрительный нерв, что является доми­нирующим симптомом. По мнению Д.С.Футера (1938), причину частого поражения данного нерва следует искать в его особых реакциях при нейро­инфекциях. В разделе патоморфологии было указано, что общим для всех форм рассеянных энцефаломиелитов является процесс демиелинизации с про­лиферацией глии. Подобный параллелизм наблюдается и при вовлечении в процесс зрительного нерва, что дало многим исследователям назвать такой процесс оптикоэнцефаломиелитом, где наряду с рассеянными очаговыми симптомами (параличи, расстройства речи, координации движения, гиперкинезы и бульбарные нарушения) наблюдаются еще расстройства зрения (амблиопия, амавроз, скотома) из-за отека, атрофии сосков зрительных нервов и ретробульбарного неврита.

В виду общности этиологических и иммунологических показателей деление энцефаломиелитов на первичные и вторичные в известной мере явля­ется условным, но все же в зарубежной и отечественной литературе среди детей чаще, чем среди взрослых, описываются вторичные (параинфекционные), инфекционно-аллергические, демиелинизирующие энцефаломиели­ты. Вторичные энцефаломиелиты развиваются как последствие острых инфек­ционных заболеваний или как осложнения при заболеваниях внутренних органов. Общим для вторичных энцефаломиелитов являются острое или под­острое начало с повышением температуры, с общемозговыми и иногда менин­геальными симптомами. Очаговые симптомы чрезвычайно полиморфны, хотя они почти однотипные и сходные между собой, но все же каждая нозологиче­ская форма имеет свои отличительные особенности. Среди многочисленных разновидностей инфекции в детском возрасте встречаются преимущественно энцефаломиелиты при экзантемных (при кори, ветряной оспе, краснухе), а также при энтеровирусных инфекциях, простом герпесе, дизентерии и др. В связи с тем, что дети чаще, чем взрослые, подвергаются профилактиче­ским прививкам, среди них чаще встречаются еще поствакцинальные (противокоревые, антирабические, АКДС и др.) энцефаломиелиты.

В заключение следует отметить, что острые и хронические энцефаломие­литы вызываются многочисленными живыми агентами (вирусы, бактерии, риккетсии и др.) и токсико-аллергическими факторами. Клиническая картина этих разных по этиологии энцефаломиелитов характеризуется чрезвычайной полиморфностью из-за того, что патологические очаги локализуются в самых различных отделах центральной и периферической нервной системы. Они обычно проявляются комбинированными синдромами поражения двигатель­ной, чувствительной и вегетативной сферы.

Хотя каждая разновидность этих энцефалитов имеет свои специфические особенности, однако общим для них является мозаичность неврологических симптомов, что в первую очередь зависит от реактивности растущего орга­низма детей и их нервной системы, типа реакции организма в зависимости от предшествующих сенсибилизирующих факторов, особенности штамма возбу­дителя и его вирулентности в каждом отдельном случае.

Течение. Максимальные проявления отмечаются обычно в первые 11/2 — 2 нед от начала заболевания, затем симптоматика идет на убыль. У большин­ства больных заболевание заканчивается частичным или полным выздоровле­нием без каких-либо последствий. Иногда остаются резидуальные явления:па­резы, параличи, атаксии, афазия, эпилептиформные припадки, чувствитель­ные расстройства, нарушения психики различной степени выраженности, вегетативные расстройства.

Диагностика и дифференциальная диагностика. Острый и хронический рассеянный энцефаломиелит — заболевание, характеризующееся большим полиморфизмом клинической симптоматики, что вызывает необходимость проводить дифференциальную диагностику с многими сходными с ним забо­леваниями. Среди них на первом месте стоит острая стадия рассеянного склероза. Ж.Шарко (1868) на основании многолетних наблюдений установил основные диагностические критерии рассеянного склероза, имеющие такие характерные признаки, как многоочаговость процесса, ремиссии и прогресси­рование симптомов, сочетание спастических парезов, мозжечковой атаксии с расстройством зрения. Многие авторы склонны считать, что оба заболевания являются единым процессом и имеют сходную клинико-морфологическую основу. Общими для них считаются диссеминация процесса в нервной систе­ме, многочисленность, изменчивость и лабильность очаговых симптомов и преобладание поражения двигательной сферы. М.С.Маргулис и соавт. (1959) на основании вирусологических исследований с вирусом ОЭМЧ и свое­образных клинических признаков (сочетание ремиссии с обострениями, затяжное, прогрессирующее течение) считают, что рассеянный энцефаломие­лит является переходной стадией к рассеянному склерозу и оба заболевания относятся к единой нозологической форме. Это правильно с точки зрения этиологии, но с точки зрения патогенеза эти клинические формы имеют морфофункциональные различия. При рассеянном энцефаломиелите в первую очередь происходит как распад осевых цилиндров, так и гибель миелина, рано поражается серое вещество спинного мозга, не наблюдается выраженной гиперплазии глии. Напротив, при рассеянном склерозе очень рано выявля­ются процесс демиелинизации, образование бляшек, при относительной сохранности осевых цилиндров, преобладание глиоза, гиперплазия волокни­стой глии, наличие многоядерных астроцитов и образование зернистых шаров. Была определена клиническая разница между этими двумя заболеваниями: при рассеянном энцефаломиелите заболевание начинается остро с общемозго­вых симптомов, а при рассеянном склерозе начало заболевания постепенное с наличием зрительных, мозжечковых и других расстройств. Длительная ремиссия обычно наблюдается при рассеянном склерозе и почти не бывает при рассеянном энцефаломиелите.

В монографии А.Г.Панова и А.П.Зинченко «Диагностика рассеянного склероза и энцефаломиелита» (1970) подробно приведены данные о клиниче­ских и различных дополнительных методах исследования для диагностики этих заболеваний, а также ошибки диагностики со многими органическими и функциональными заболеваниями нервной системы. Наиболее труден диф­ференциальный диагноз между рассеянным энцефаломиелитом и рассеянным склерозом в острой стадии заболевания. В таких случаях о рассеянном склеро­зе наряду со зрительными нарушениями в виде скотом, гемианопсии, по­бледнения височных половин сосков зрительных нервов, свидетельствуют пирамидные, экстрапирамидные, мозжечковые расстройства при нормальной СМЖ, а также неравномерность, истощаемость или ранняя утрата кожно­брюшных рефлексов.

После постановки синдромологического (клинического) диагноза важ­нейшая задача врача — выяснить этиологию острого или хронического рассе­янного энцефаломиелита и рассеянного склероза. В этом могут помочь данные, полученные у взрослых А. П. Зинченко (1959—1973). Он доказал полиэтиологический генез этих заболеваний посредством вирусологических, бактериологических и других методов этиологической диагностики. Рассеян­ный склероз и энцефаломиелит вызывались вирусами (ОЭМЧ, бешенства, ВОГ, ЛХМ, клещевого энцефалита, полиомиелита), а также появлялись на фоне таких инфекционных и инфекционно-аллергических заболеваний, как ревматизм, хронический тонзиллит, бруцеллез, туберкулез легких, сифилис, токсоплазмоз. На основании выявленных А. П. Зинченко двенадцати этиоло­гических и патогенетических вариантов этих заболеваний применялись спе­цифические методы терапии, посредством которых удавалось в ряде случаев приостанавливать прогредиентное течение.

Из других нозологических форм, имеющих сходную с рассеянным энцефаломиелитом картину заболевания, следует считать острый геморраги­ческий энцефалит (Штрюмпелля — Лейхтенштерна). Заболевание встреча­ется нечасто, относится к эпидемическим разновидностям энцефаломиелита. Отличительными чертами этого заболевания являются бурное начало, силь­ные головные боли, рвота, судороги, кома, глазодвигательные расстройства, гемиплегия, геморрагический характер СМЖ. Рассеянный энцефаломиелит в некоторой степени имеет общее сходство с полиомиелитом. При диффе­ренциальной диагностике приходится ориентироваться не только на эпидеми­ологические данные и сезонность года, но и на последовательность развития симптомов заболевания, отсутствие ремиссии и чувствительных расстройств. При полиомиелите параличи имеют периферический характер с проксималь­ной локализацией, они возникают за одни сутки (утренние параличи).

Некоторые разновидности оптико-хиазмального арахноидита иногда дают сходную картину с рассеянным энцефаломиелитом. Отличительными особенностями арахноидита являются подострое течение, прогрессирующее падение зрения по типу неврита и застойного соска, предшествующие инфек­ции (грипп, ревматизм и др.), вовлечение в процесс диэнцефальной области и характерная СМЖ.

Иногда рассеянный энцефаломиелит приходится дифференцировать с клещевым энцефалитом, который характеризуется преимущественным пора­жением ядер мозгового ствола и спинного мозга (полиоэнцефаломиелитическая форма). Основными отличительными признаками считаются параличи и парезы каудальных групп черепных нервов, вялые параличи верхних и цен­тральные — нижних конечностей.

Наконец, среди детей встречается редкая форма энцефалита под названи­ем «панэнцефалит», или подострый склерозирующий лейкоэнцефалит Ван-Богарта, при котором происходит прогрессирующее расстройство психики типа деменции с наличием афазий, различных гиперкинезов, припадков. Он может вызывать демиелинизирующий процесс и в спинном мозге, создавая картину энцефаломиелита.

Лабораторные методы диагностики. Ввиду того, что острые, подострые и хронические энцефаломиелиты у детей, как и у взрослых, вызываются самы­ми разнообразными вирусными, бактериальными, спирохетозными, риккетси­озными и другими патогенными живыми агентами, для этиологической диагностики используют и многочисленные методы исследования. В первые 5—7 дней острой фазы болезни возбудитель может быть выделен из крови, СМЖ, фекалий. Помимо этого, с сывороткой крови, а иногда с СМЖ, ставят иммунологические реакции с одним или несколькими антигенами: РСК, PH, различные реакции агглютинации (РПГА и др.), реакцию иммунофлюорес­ценции, а также внутрикожную аллергическую пробу. Для ранней диагности­ки наибольшее значение имеет РСК, которая становится положительной со 2-й недели болезни и сохраняется несколько месяцев. Появление вируснейтрализующих антител происходит раньше, но они сохраняются в организме годами, что снижает их диагностическую ценность. Гемагглютинирующие антитела занимают в этих сроках промежуточное положение. Серологические исследования следует проводить с парными сыворотками, взятыми в начале и конце заболевания. Диагностическим тестом считается нарастание титра антител в 2—4 раза. Таким образом, если РСК используется как метод лабора­торной диагностики в начале заболевания, то PH чаще используется для ретроспективной диагностики. Кроме вышеуказанных исследований для ди­агностики энцефаломиелита, обусловленного вирусом ОЭМЧ, используется внутрикожная аллергическая проба с вакциной Маргулиса — Шубладзе: при положительной активной реакции образуется папула диаметром свыше 1 см.

При рассеянном энцефаломиелите в анализах крови специфических изменений не удается установить. В зависимости от характера инфекционного процесса и тяжести заболевания со стороны крови во многих случаях чаще отмечается относительный лейкоцитоз (10—15 • 109/л) со сдвигом формулы влево, повышение СОЭ (15—25 мм/ч). В анализах мочи в большинстве случа­ев патологии не выявляется. Имеющиеся отклонения от нормы крови и мочи являются проявлением общеинфекционного процесса. СМЖ при остром рассе­янном энцефаломиелите в большинстве случаев изменена в зависимости от фазы болезни и этиологии. При вовлечении в процесс оболочек мозга выявля­ются повышение ликворного давления, умеренное увеличение содержания белка, небольшой лимфоцитарный или смешанный цитоз. В некоторых случа­ях острого периода рассеянного энцефаломиелита выявляется картина кле­точно-белковой диссоциации (от 0,4 до 1,5 г/л и цитоз, преимущественно лимфоцитарный, в среднем от 0,05 до 0,5- 109/л). Наблюдаются положитель­ные белковые реакции Нонне — Апельта и Панди, повышение содержания сахара от 4 до 7 ммоль/л. Спустя 3—4 нед, когда острый инфекционный про­цесс затихает, картина СМЖ меняется: наблюдается увеличение содержания белка при падении количества клеточных элементов.

Лечение. Терапевтические мероприятия при энцефаломиелитах должны быть комплексными, рационально построенными, в соответствии в особенно­стями каждого конкретного случая. При этом важно учитывать, помимо этиологии, наличие других сопутствующих заболеваний, особенно способству­ющих аллергизации организма и снижению его сопротивляемости.

В острой стадии бактериальных форм энцефаломиелитов показано приме­нение различных антибиотиков (пенициллина, цефалоспоринов, левомицетина, тетрациклинов, макролидов, аминогликозидов и др.), что не оправдано при вирусных. В последних случаях они назначаются при наличии осложнений или сопутствующих заболеваний. В начале терапии и при невыясненных возбудителях лучше лечение начинать с препаратов группы пенициллина (бензилпенициллина натриевая или калиевая соль, метициллин, оксациллин, ампициллин, ампиокс и др.) или группы цефалоспоринов (кефзол, цепорин), или аминогликозидов (гентамицин, канамицин), которые обладают выра­женным бактерицидным действием на грамположительные и грамотрицательные возбудители. При этих заболеваниях используют средние терапевтиче­ские дозы и повышают их при наличии осложнений (пневмонии, синуситы, тонзиллиты и др.). В зависимости от клинической картины болезни, тяжести неврологических и возможных соматических осложнений определяют способ применения (внутрь, внутримышечно, внутривенно) и кратность введения препарата, согласно возрастным дозировкам по данным фармакотерапевтических справочников. В среднем курс лечения антибактериальными препарата­ми длится 5 — 10 дней. Если в течение первых 4—5 дней лечения антибиотик не дает должного эффекта, целесообразно заменить его другим препаратом той же или другой группы.

Высшие суточные дозы антибиотиков группы пенициллина для детей: бензилпенициллина натриевой соли — 50—500 тыс. ЕД внутримышечно или подкожно 4—8 раз в сутки (до года — 50 тыс. ЕД; 2 — 3 года — 100—200 тыс. ЕД; 4—5 лет — 250—300 тыс. ЕД; 5—7лет — 300—400 тыс. ЕД; 7 — 14 лет — 400—500 тыс. ЕД); ампициллина, метициллина, оксациллина — 100—200 мг внутримышечно (4—6 раз в сутки); ампиокса — 100—200 мг внутримышечно (3—4 раза в сутки); антибиотиков группы цефалоспоринов: цефазолина — 25—50 мг внутримышечно или внутривенно (2—3 раза); цефалоридина — 40—60 мг/кг внутримышечно или внутривенно (2—4 раза в сутки). При подозрении на спирохетозную, риккетсиозную или вирусную этиологию энцефаломиелита целесообразно назначить левомицетины, макролиды (эрит­ромицин, олететрин, тетраолеан и др.)» аминогликозиды (канамицин, гента­мицин, мономицин и др.).

Если отсутствуют выраженные изменения в крови и СМЖ, нет данных о сопутствующих заболеваниях внутренних органов или осложнениях при наличии отчетливых симптомов энцефаломиелита вирусного генеза, то анти­бактериальные препараты не применяются. Используют противовирусные средства — лейкоцитарный человеческий интерферон и ферменты (ДНКаза, РНКаза). Интерферон обладает широким спектром противовирусного дей­ствия. Его закапывают в обе ноздри по 3—5 капель через каждые 1 — 2 ч в тече­ние 2—3 дней и более (при острых респираторных вирусных заболеваниях) или 3—4 раза в сутки в течение 7 — 10 дней или внутримышечно (1 — 2 мл 1 раз в сутки в течение 5—7 дней, перерыв — 7 — 10 дней, затем повторно такой же курс). В тяжелых случаях целесообразно сочетать интраназальное и внутри­мышечное введение. В настоящее время в СССР акад. В.Д.Соловьевым разрабатываются способы более концентрированного приготовления и очище­ния балластных веществ интерферона, который был бы пригоден для внутри­венного и субарахноидального введения, что, вероятно, повысит эффектив­ность лечения вирусных поражений нервной системы.

В зависимости от нуклеиновой кислоты предполагаемого или уста­новленного вируса применяются интраназально и внутримышечно ДНКаза или РНКаза. Лечение ДНКазой показано при заболеваниях, вызванных виру­сами группы герпеса (простого, ветряной оспы — опоясывающегося лишая), цитомегалии, аденовирусами, а РНКазой — при энтеровирусных (полиомие­лит, вирусы ECHO и Коксаки), арбовирусных (клещевой и японский энцефа­литы) и миксовирусных (грипп, корь, краснуха, паротит) заболеваниях. Для интраназального или внутримышечного введения содержимое ампулы (10— 25 мг) разводят в 1—2 мл 0,5% раствора новокаина. Частота закапывания в нос такая же, как при введении интерферона. Оптимальные разовые дозы нуклеаз для детей при внутримышечных инъекциях составляют: до 1 года —5 мг; 2—4 года — 6—10 мг; 5 — 7 лет — 10—15 мг; 8—10 лет — 15 — 18 мг; 10—14 лет — 18 — 25 мг; свыше 14 лет — 25—30 мг. Частота введения — 3-5 раз в сутки, длительность лечения — 8—10 дней, а иногда и более. Во избежание аллергических реакций (особенно при лечении РНКазой) реко­мендовано за 1 — 11 /2 ч до инъекций применять 10% раствор кальция хлорида внутрь и один из антигистаминных препаратов (тавегил, супрастин, фенкарол, пипольфен или димедрол внутрь после еды 3 раза в день). Такой противо­аллергический комплекс следует проводить в период приема нуклеаз, осо­бенно в тех случаях, когда в анамнезе есть указания на аллергию. При тяже­лых и затяжных формах энцефаломиелитов могут применяться кортикостеро­иды (преднизолон, дексаметазон, триамцинолон и др.), обладающие сильным противовоспалительным и антиаллергическим действием. Они назначаются внутрь, внутримышечно, а иногда внутривенно, а триамцинолон — только внутрь (0,5—0,8 мг на 1 кг массы тела больного в сутки в 2—4 приема). Су­точные дозы преднизолона на 1 кг массы тела (прием 3—4 раза в сутки внутрь, внутримышечно или внутривенно): до 2 лет — 1 — 1,5 мг; 2—5 лет — 10— 15 мг; 5 — 10 лет — 15 — 20 мг; старше 10 лет — 20—25 мг. Ввиду того, что дексаметазон в 7 —10 раз активнее преднизолона, суточная доза его при прие­ме внутрь (во время еды или после еды), внутримышечно или внутривенно уменьшается в 7 —10 раз: до 2 лет — 0,1—0,2 мг/кг; в возрасте 2—5 лет — 1 — 1,5 мг/кг; 5 — 10 лет — 1,5—2 мг/кг; старше 10 лет — 2—3 мг/кг в сутки. Существуют 3 схемы приема кортикостероидов внутрь: ежедневный прием (3—4 раза в сутки), прерывистый прием (через 1—2 сут), дробно-прерыви­стый прием (прием через 2 сут; суточноя доза назначается только утром до и после еды). При всех этих схемах в первые 3—7 дней назначают среднетера­певтические дозы, а затем дозы постепенно снижают. Длительность лечения колеблется от 2 до 4 нед и более. При наличии сопутствующих воспалитель­ных очагов гормональную терапию следует сочетать с антибиотиками широко­го или узкого спектра действия и поливитаминами.

Учитывая то обстоятельство, что энцефаломиелиты сопровождаются выраженной аллергической реакцией, в лечебный арсенал включают то или иное антигистаминное средство (димедрол, супрастин, пипольфен, тавегил, фенкарол, кальция хлорид). Разовые дозы димедрола при приеме внутрь 2-3 раза в сутки: до 6 мес — 0,002 г; 7 — 12 мес — 0,005 г; 1 — 2 года — 0,01 г; 3-4 года — 0,015 г; 5—6 лет — 0,02 г; 7—9 лет — 0,03 г; 10—14 лет — 0,04 г; при внутримышечном или внутривенном приеме 1 % раствора димедрола: до 5 мес — 0,2 мл; 7 — 12 мес — 0,5 мл; 1—2 года — 0,7 мл; 3—4 года — 1 мл; 5—9 лет — 1 мл; 10—14 лет — 1,5 мл (вводят 2—3 раза в сутки). Тавегил является более активным препаратом и действует более длительно, чем ди­медрол. Его назначают внутрь детям до 6 лет по 1 /2 таблетки, старше 6 лет — по 1 таблетке 2 раза в день (1 таблетка — 0,001 г). Наиболее выраженным антигистаминным средством является фенкарол, который испытан нами в отделе нейроинфекций ЛНИИДИ (А. Н. Сиземов). Он применяется внутрь 2—3 раза в день в течение 7 — 10 дней в следующих разовых дозах: до 3 лет — 0,003—0,005 г; от 3 до 7 лет — 0,01 г; от 7 до 12 лет — 0,01—0,015 г; старше 12 лет — 0,025 г (1 таблетка).

Нередко острый период энцефаломиелита сопровождается отеком го­ловного и спинного мозга, поэтому необходимо проводить дегидратационное лечение. С этой целью назначают: фуросемид (лазикс) — разовая доза внутрь 1,5— 2 мг на 1 кг массы тела 1—3 раза в сутки, а внутримышечно или внутри­венно — 0,5—1,5 мг/кг 1—3 раза в сутки; диакарб внутрь по 1/а — хh—1 таб­летке (1 таблетка — 0,25 г) 1 или 2 раза в сутки в течение 2—3 дней с перерывами в 2—3 дня; магния сульфат в растворе (20 или 25%) — 0,2 мл 25% раствора на 1 кг массы ребенка внутримышечно 1 — 2 раза в сутки с 1—2 мл 0,5% раствора новокаина в течение 8—10 дней; маннитол внутривенно (1,5 г сухого вещества однократно на 1 кг массы тела в виде 10—20% раствора в изотоническом растворе натрия хлорида или 5% растворе глюкозы); внутрь глицерол —0,5 —1,5 г/кг 3 раза в сутки в течение 10— 15 дней. После острого периода переходят к назначению рассасывающей и восстановительной терапии: калия йодида 10—20 мг на 1 кг массы тела в 3—6 приемов с молоком (3% раствор по 1 чайной ложке 3 раза в день после еды); лидаза внутримышечно по 64 УЕ —0,3—1 мл раз в день или через день (курс—10—15 инъекций); подкожно или внутримышечно церебролизин (0,3—1 мл ежедневно или через день, курс —15—20 инъекций); подкожно ежедневно экстракт алоэ, ФиБС до 5 лет —0,2—0,3 мл, старше 5 лет —0,5 — 1 мл, на курс —20—30 инъекций.

Для купирования неврологических расстройств применяют дибазол внутрь (за 2 ч до еды или через 2 ч после еды 1—2 раза в сутки) в дозах: до 1 года —0,001 г; 1—3 года —0,002 г; 4—8 лет —0,003 г; 9—12 лет —0,004 г; старше 12 лет —0,005 г; внутримышечно 1% раствор 1 раз в сутки в дозах: до года —0,1 мл; 1—2 года —0,2 мл; 3—6 лет —0,3 мл; 7—9 лет —0,4 мл; 10— 14 лет — 0,5 мл; антихолинэстеразные вещества (прозерин, галантамин, нивалин). Прозерин детям до 6 мес не назначается, а после 6 мес его можно вводить внутрь 1 раз в сутки (от 6 мес до 1 года —0,001 г; 2 года —0,002 г; 3—4 года —0,003 г; 5—6 лет —0,005 г; 7—9 лет —0,007 г; 10—14 лет —0,01г) или подкожно 0,05% раствор (от 6 мес до 1 года —0,1 мл; 2 года —0,2 мл; 3—4 года —0,3 мл; 5—6 лет —0,5 мл; 7—9 лет —0,6 мл; 10—14 лет —0,75 мл). Галантамина 0,25 % раствор вводится подкожно 1—2 раза в сутки в возрасте 1—2 года —0,1— 0,2 мл; 3—5 лет —0,2—0,4 мл; 6—8—лет —0,3—0,8 мл; 9—11 лет — 0,5 мл или 0,25% раствора — 0,6 мл 0,5% раствора; 12—14 лет — 1 мл 0,5% раствора, 15 — 16 лет —0,2—0,7 мл 1%раствора в течение 10 — 15дней.

При экстрапирамидном, пирамидном или смешанном повышении тонуса мышц назначают мидокалм внутрь по 1 /з—1 /2— 1 таблетке (содержит 50 мг) 3 раза в день или внутримышечно (0,3—0,5—1 мл 10% раствора 2 раза в день) в течение 3—4 нед; внутрь циклодол, тропацин, баклофен (по 3—10 мг 3 раза в сутки во время еды) в течение 3—4 нед. Повторные курсы проводятся через 25—30 дней.

В течение всего острого периода, а также в ранней восстановительной фазе применяются достаточные дозы различных витаминов, особенно С и группы В, внутрь или внутримышечно. В случаях рассеянного энцефаломие­лита целесообразно внутримышечное введение цианокобаламина (витамина В12) раз в сутки в следующих дозах: до 6 мес — 20 мкг; 7 — 12 мес — 30 мкг; 1—2 года —40 мкг; 3—4 года —50 мкг; 5—6 лет —50 мкг; 7—9 лет —50— 100 мкг; 10—14 лет —100 мкг; курс лечения —2—4 нед.

В фазе ранней реконвалесценции, особенно при астенических состояниях, снижении памяти, неплохой эффект оказывают такие препараты, как пиридитол (энцефабол, пиритинол, энербол), который применяется внутрь (по !/з— х/2— 1 драже 2 — 3 раза в день) или в сиропе (1 /2—1 чайная ложка 1—3 раза в день) в течение 3—4 нед; пирацетам (ноотропил) в капсулах или внутри­венно.

При значительных остаточных явлениях острого энцефаломиелита (син­дром оптикомиелита и др.), обусловленного вирусом ОЭМЧ или бешенства, показаны подкожные инъекции вакцины против острого энцефаломиелита и рассеянного склероза (вакцины Маргулиса — Шубладзе) по инструкции или в виде ежемесячных вакцинаций по курсу (0,5—3 мл в течение 6 — 12 мес), разработанному А.Г.Пановым и А.П.Зинченко (1973). Эта специфи­ческая иммунотерапия особенно целесообразна в тех случаях, когда после различной длительности стабилизации и даже регресса неврологических нарушений наступают новые признаки поражения ЦНС. Они могут протекать с той или иной выраженностью общеинфекционных симптомов и изменениями в СМЖ по типу начала хронического рассеянного энцефалита или без этих проявлений по типу рассеянного склероза.

Весь комплекс противоревматических средств (пенициллино-бициллино-терапия и др.) применяется в тех случаях острого или хронического рассе­янного энцефаломиелита, когда заболевания возникают на фоне явного или латентного ревматизма, хронического тонзиллита, даже без признаков ревмо­кардита. Для диагностики и оценки результатов лечения этих этиологических вариантов необходимо в динамике использовать ряд лабораторно-иммунологи­ческих показателей, подтверждающих этиологическое значение стрептокок­ков и инфекционно-аллергический характер диссеминированного поражения головного и спинного мозга [Зинченко А. П., 1973; Экзархова А. И., 1985].

При тяжелых распространенных формах энцефаломиелита с вовлечением стволовых отделов мозга с бульбарными симптомами показаны реанимаци­онные мероприятия: ингаляции кислорода, экстренная нормализация гемоди­намики, введение смеси закиси азота и кислорода, натрия оксибутират внутривенно — 1—2 мл на глюкозе. При дисфагии — искусственное кормле­ние через зонд. При накоплении слизи в трахее производят ее отсасывание.

При нарушении функции тазовых органов рекомендуется: при задержке мочи — катетеризация, промывание мочевого пузыря дезинфицирующими растворами, при недержании мочи — раствор стрихнина 0,1—0,3—0,5 мл подкожно; регулярное опорожнение кишечника клизмой. Во избежание обра­зования пролежней, что может явиться входными воротами для вторичной восходящей инфекции, обрабатывают области ягодиц и крестца антисептиче­скими растворами, следят за состоянием постельных принадлежностей, чтобы не собирались складки, которые способствуют мацерации кожи с последую­щим развитием трофических язв; рекомендуется использовать надувные резиновые матрацы, часто поворачивать больных. Из физиотерапевтических мер проводят облучение ртутно-кварцевой лампой паравертебральных точек по длине позвоночника, ионогальванизацию калия йодидом в виде трансце­реброспинальной йодионизации. Показано курортное лечение с применением сероводородных, радоновых ванн, грязевых и озокеритных аппликаций.

Исход. В зависимости от степени тяжести процесса энцефаломиелита благоприятный исход с выздоровлением наступает в 76%. Стойкие остаточные явления (парезы, параличи, чувствительные расстройства, нарушение речи и психики) наблюдаются в 16,7% [Крупина Т. Н., 1957]. По данным стацио­нара клиники нервных болезней Самаркандского мединститута за 1973— 1983 гг., выздоровление наступило у 58% больных, значительное улучше­ние — у 24%, состояние без перемены — у 14%. Летальный исход зависит от степени тяжести органического процесса. По данным многих авторов, при различных формах энцефаломиелита смертность составляет от 4 до 20% [Футер Д. С., 1965; Леонович А. Л., 1973; Дадиомова М. А., Пратусевич Р. М., 1974; Самибаев М. X., Мирзабаева Р. X., 1983].

Профилактика. Специфической профилактики при рассеянном энцефало­миелите нет. Учитывая полиэтиологичность заболевания, рекомендуется отграждать детей от острых и хронических инфекций, переохлаждения, ал­лергенов, психических и физических травм и других повреждений. Необходи­мо максимально укреплять организм ребенка.

<< | >>
Источник: Под ред. Зинченко А. П.. Острые нейроинфекции у детей. 1986

Еще по теме Энцефаломиелиты:

  1. ДЕМИЕЛИНИЗИРУЮЩИЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ
  2. Хламидиоз крупного рогатого скота
  3. ЭНЗООТИЧЕСКИЙ ЭНЦЕФАЛОМИЕЛИТ СВИНЕЙ
  4. ИНФЕКЦИОННЫЕ ЭНЦЕФАЛИТЫ (ЭНЦЕФАЛОМИЕЛИТЫ) ЛОШАДЕЙ
  5. А
  6. И
  7. Энцефалиты, менингоэнцефалиты, энцефаломиелиты, хорея
  8. Реферат. «Инфекционные болезни нервной системы», 2012
  9. ЭНЦЕФАЛИТЫ, МЕНИНГОЭНЦЕФАЛИТЫ, ЭНЦЕФАЛОМИЕЛИТЫ, ХОРЕЯ
  10. Энцефалиты и менингоэнцефалиты
  11. Особенности патологоанатомического исследования и оформления документации
  12. Филяриозы
  13. Ветряночный энцефалит
  14. Энцефалиты и другие нарушения нервной системы, возникающие после оспенной вакцинации
  15. Глава 7. ЭНЦЕФАЛОМИЕЛИТЫ И МИЕЛИТЫ
  16. Энцефаломиелиты
  17. Корь